Pедакция не отвечает за содержание заимствованных материалов

Компромат | все материалы раздела

Тюрьма как средство заработать на зависимых
6 Июля 2016

Первый раз я узнала про Зону для тех, кто впал в алкогольную зависимость, по несчастью. Бывает, что близкий тебе человек попадает в петлю. Все, что я узнала, живо мне напомнила подобную же Зону для излечения детей, которую в свое время открыл психиатр Столбун, ныне уже покойный. Это было жесткое насилие над личностью. Проще говоря, тюрьма, но за большие деньги. И вот, нашлись люди, которые решились рассказать о своем опыте пребывания в такой Зоне или Секте - назовите это как хочется (Елена Токарева).

Бывший пациент реабилитационного центра для наркозависимых и его мать (их имена изменены) рассказали «Медиазоне» о своем опыте, связанном с элитным реабилитационным центром под Москвой. Отдавая более двух тысяч долларов в месяц, пациенты не получают никакой помощи; для них установлены тюремные порядки, а контакты с родственниками ограничены.

Как попадают в реабилитационный центр

Олег: Обычно возникает какая-то семейная проблема, связанная с употреблением наркотиков, алкоголя либо любыми другими видами зависимости. В таком случае родственники, как правило, впадают в панику. Соответственно, этим очень легко воспользоваться. Ситуация становится критическая, человек опасен, человек неадекватен в этот момент. Родственники в шоке и не знают, что делать, поэтому они звонят практически по первому попавшемуся телефону в интернете, а там уже все грамотно написано.

Анна: Кто готовится, что с твоим родственником произойдет ад? Ты набираешь в интернете, и тебе сразу телефоны, круглосуточно обещают помощь, предлагают бригаду, которая приедет и уговорит лечь в больницу. Все вроде как анонимно. Никто заранее не принимает решение отдать в реабилитационный центр. Это все происходит спонтанно и на жутком стрессе. Отзывы про эти центры очень хорошие, красивый фасад.

Олег: Вся схема заранее продумана. Первая цель — доставить человека в детокс. Там тебе говорят: «Ну мы тебя прокапаем, ты побудешь там недельку и поедешь домой», после чего подключается вторая фаза. Это довольно изощренная система, там приходят люди, они выясняют, кто ты, они связываются с твоими родственниками, они им начинают объяснять, что проблема огромная, человека надо спасть, мы готовы. Предлагают отправить в реабилитационный центр на месяцок. Говорят, это типа будет как санаторий такой, где он придет в себя, там будут с ним работать психологи высокой квалификации.

Анна: Нам в это время не дают общаться, телефонов нет. Первых выпускников этого центра родственникам демонстрируют на стадии увоза больного в детокс. Приезжают ребята, которые как бы между прочим рассказывают, что вот они тоже бывшие, вот они завязали, выздоравливают. И ты видишь — вот, они нормальные все. Тут уже начинают в родственников семена засеивать для будущей разводки.

Олег: Детокс — обычно это дней пять-семь, потом человека обкалывают аминазином, меня в том числе. А потом два быка запихивают тебя в машину и везут куда-то. Некоторых везут из аэропортов, из других городов. Некоторых вообще в памперсах привозят, то есть человек в это время недееспособный. Там есть реально серьезные наркоманы, кто на тяжести сидел, есть алкоголики — они, как правило, там обеспеченные люди. Приезжаешь в таком состоянии, тебе дают какие-то бумаги. Подписывают именно в этом состоянии — как правило, без всякого сопротивления, причем они все это снимают на камеру обязательно.

Люди не знают, что их везут в реабилитационный центр. Они думают, что их домой сейчас повезут. Просто делают какой-то укол. Я и все мои знакомые, с кем я находился, так думали. Это мошенничество, обман. Я думал, что домой еду. И не знал, что уже договорились с моей матерью, что я буду там месяц или сколько-то.

Анна: Три.

Олег: Три месяца находиться в центре.

Анна: Мне уже рассказывали в детоксе, что это очень эффективно. Через месяц-три это будет другой человек. Что программа «12 шагов» — это выход. И если у людей есть деньги, они им подбирают соответствующий центр. Есть и дешевые ребцентры, мы даже знаем случаи, когда люди беру кредит, чтоб детей своих лечить. Это же такая проблема, когда денег не жалеют. Они вообще не называют какие-то большие сроки, всегда маленькие, потому что никто не согласится на год отдать своего родственника, а там люди больше года лежат.

В центре

Олег: Первое ощущение: я захожу, там народ сидит на корточках, что-то обсуждает – это вот моя комната. Там живет, ну, шесть-семь человек, такие двухъярусные кровати. Ну, мы все познакомились, ребята все сидели, том числе и по серьезным статьям, и мне было довольно непросто поначалу, поскольку у меня нет опыта такого, я даже в армии не был. Потом я как-то оценил, что у них тут есть свои порядки, если ты это соблюдаешь, то, в принципе, особых проблем не возникает, и общались мы потом вполне душевно, даже подружились.

А в целом — все как в тюрьме: сленг, отношения, понятия, татуировки, шуточки соответствующие, все это обсуждается. Шмоны проводят регулярно, как в тюрьме, ножницы там ищут или что-то еще. Мобильные и так запрещены. А вот когда народ начинает звереть — возникает угроза сексуального насилия. Поступают угрозы. Есть все эти тюремные вещи, типа ИРА — «идем резать актив», есть, соответственно, сам актив.

Персонал учреждения состоит полностью из бывших наркоманов, большая часть которых отбывала наказание, в том числе и по тяжким статьям. На данный момент у них вроде бы все в порядке, перед законом они чисты. Про их квалификацию, которая пишется в рекламе: естественно, это люди не особо сведущие, они просто бывшие наркоманы. Они талдычат про эту программу «12 шагов». Она достаточно примитивная, то есть ты делаешь какие-то вещи, пишешь задания, выполняешь — там каждый день уборка, собрания, хрень вот эта вся происходит. Ну то есть это бред на самом деле, ну, на мой взгляд — я провел там достаточно времени, и это вообще ничего мне не дало. Программа «12 шагов» в свое время создавалась именно на добровольной основе, как «Анонимные алкоголики»: люди, которые сами с улицы приходят. Я там по сути в отказе находился. Меня заставляли учить программу, писать дневник, мыть посуду, мыть туалеты, но я сказал, что мне по фигу. Конкретно в нашем центре не было физических наказаний.

В ребцентре — ограничение свободы, ограничение передвижения. Мы находимся в полностью закрытом помещении, единственное — впускают на перекуры по пять минут с пересчетом до и после. В других центрах люди вообще на улицу не выходят — курят внутри в специальном помещении. У нас решеток не было, только видеокамеры везде, кроме туалета. Но окно не откроешь — все ручки сняты. В других центрах еще хуже — там окна полностью зарешечены.

Нельзя сказать, что там нулевая эффективность, дело в не в этом. Дело в том, что в корне всего лежит обман. Это лишение свободы, подавление личности, это введение в заблуждение родственников, которые становятся невольными соучастниками всей этой истории. Персонал там — довольно опытные люди, они же понимают, что кому-то программа закладывается в голову, а кому-то нет. Но они будут ее закладывать все равно по-любому, пока ты деньги платишь. А результат их не интересует, это просто бизнес.

Там все построено на лжи. Еще в детоксе рассказывают, что в реабилитационном центре все проходят обследования и, конечно, в нашем реабилитационном центре нету ни больных ВИЧ, ни других больных людей. Но это не так. Гепатит у многих, я лежал с человеком, у которого был ВИЧ. И мы все едим в одной столовой, чистим зубы вместе, стрижем ногти, ну и так далее. У многих там и второй диагноз, психические отклонения. И он стоит на кухне с ножами, а специалистов рядом нет никаких.

Там даже первую медицинскую помощь получить затруднительно. Человек сломал ключицу, а ему помощь много часов не оказывали.

Родственники

Олег: Связь с родственниками не дают первые две недели, чтобы ты не мог ничего сообщить. Потом дают звонки по пять минут в присутствии персонала, переписка, как в тюрьме — все читается.

Анна: Первое свидание могут дать через четыре месяца. Там смысл такой, что нужно разделить семью, и каждого обрабатывать.

Олег: Они смотрят, если человек более-менее лояльный, сотрудничает с ними, месяца через два дадут свидание, мне конкретно дали через три с половиной.

Анна: Раз в неделю в офисе проводят встречу для родственников, на ней присутствует директор, психолог, бывают и родные тех, кто уже вышел. Тебе все подробно рассказывают, очень воодушевленно. Главная тема, что надо написать три первых шага: это тот минимальный курс, который позволит заложить основу для выздоровления, и так далее, и так далее. Что происходит дальше. В зависимости от состояния человека и материального положения семьи они начинают этот курс растягивать как можно дольше под разными предлогами. Человек нарушает дисциплину вместо того, чтобы писать задания — его на неделю отправляют мыть посуду. Но родственникам не говорят про посуду — им объясняют, что процесс идет медленно, у него плохая динамика. И это говорит психолог, который как потом выясняется, вообще с ним даже не общался.

Олег: Бывают попытки побега, но почти все родственники возвращают человека обратно.

Анна: Нам говорят заранее: если вдруг сбежал, действуйте так-то и так-то. Прямо инструкцию дают. Например, перед Новым годом: сейчас опасное время, многие побегут. Если человек объявился, ни в коем случае не показывать свой страх, с распростертыми объятиями его ждать дома, параллельно — вызвать немедленно мотиваторов. Потому что якобы он сейчас в реальной опасности и может умереть от передоза.

Олег: При мне было несколько побегов, всех вернули. Как ни странно, это работает.

Анна: У родственников нет понимания, в какое место они отправляют своих близких. Там, например, содержится мальчик, который играет в какую-то виртуальную игру. Не азартный, а именно «эльф». А рядом наркоман, все перепробовавший. Который говорит, конкретно где и почем можно все взять, рассказывает, какой кайф от этого, и как он по нему тоскует. У тех, кто не пробовал, очень даже может возникнуть желание это испытать. Там последнее время стали подтягиваться алкоголики. Это в основном обеспеченные люди, они готовы платить.

А если и есть недовольные содержанием в реабилитационном центре, то они, как правило, ничего сделать не могут. Судиться? Согласие же добровольное. Другая ловушка для тех, у кого родственник — наркоман, а ведь многие из них приторговывают. Анонимность такого лечения никто не гарантирует. Если родственники недовольны — в центрах все дневники, ты описываешь всю свою жизнь. Вы хотите жаловаться? Мы вашего сына сдадим в полицию.

Наказания

Олег: Это ночная писанина, лишение сна. Ты просто пишешь одну и ту же фразу 200 раз. Это называется «подавление своеволия». Если откажешься, то могут лишить звонков родственникам, отстранить от заданий, а значит, можно удлинить срок пребывания. А так и прибыль максимизировать. Может, кому-то это реально помогает. Но изначально это все добровольно было: в ребцентр ты мог прийти, уйти, никто тебя там насильно не держал. И например, человек говорит мне каждый день: Олег, я не могу больше. Он там почти 90 дней, а я уже 140 и неизвестно сколько еще. Чего я ему могу сказать? А он рыдает в туалете, это единственное место, где нет камер. Совсем молодой еще парень, героинщик. У него цель выйти и сразу вмазаться — ничего больше.

Анна: Понимаете, когда это превратилось в бизнес, это стало чем-то очень извращенным. Идея та же самая: тренинги, распределение функций — только двери закрыты.

Олег: Если говорить о других центрах попроще, то там уже могут конкретно прессовать. Не достучались в голову — достучатся в печень. У нас парня заперли в подсобном помещении. Он там просидел почти двое суток зимой. Родственники об этом, конечно, не знают. Не знают они, что их сына могут так запросто отвезти на пару недель в соседний центр, где к нему будут применять издевательства и физическое насилие. А еще за непослушание могут отправить вообще в другой город — в Омск, в Казань, где совсем непонятно что творится. При этом кому-то —помогает. То есть я бы не стал целиком обвинять эту систему, но тюрьма есть тюрьма.

Домой

Олег: Вообще бывает, что кое-кого забирают через месяц. Один из десяти, наверное, кто прочухивает.

Анна: Одной маме сказали сначала, что на месяц. А потом ей говорят — восемь месяцев. И мама забирает, у нее денег нет. В центры везут людей и с Чукотки, и из Европы. У меня желания забрать Олега не было. Они долгое время убеждали меня, что вздоровление идет какими-то волнами: сейчас лучше, потом хуже

Олег: Мне реально становилось все хуже и хуже. Я сразу понял, но не мог донести.

Анна: На этих свиданиях рядом всегда так называемый психолог. И ты мне говорил что-то далекое, если бы ты мне кричал: «Забери меня отсюда»...

Олег: Я кричал. Там многие люди говорят это на каждом звонке, но родственники не забирают.

Анна: Потому что можно всегда интерпретировать, как им удобно — что он манипулирует вами, что он «на тяге». При этом ведь зависимые и правда манипулируют. Поэтому я и верила.

Олег: В итоге я плюнул, что дотяну как-то. Плюнул и обжился. Я не конфликтный человек, помогаю другим людям, и это ценится. Там выстраивается своя иерархия, как в тюрьме. Бывшие зеки по своей же модели открыли здесь частные тюрьмы. Это важно понять.

Анна: Потом, когда я стала что-то подозревать, я нашла в интернете, что вся эта контора зарегистрирована как ООО с уставным капиталом 10 тысяч рублей людьми, у которых еще десятки совершенно других бизнесов. Пусть люди 100 раз задумываются, перед тем как сдать сюда своих детей. Пусть проверяют, приезжают. А если вы уже там, я советую просто прекращать платить, потому что их интересует только это. Когда я сказала: «У меня больше денег нет» — у него больше не было никаких наказаний. То, что они собирались сделать за два месяца, они сделали за две неделечки. И таких случаев мы знаем несколько. Сам реабилитационный центр как институт в нашей стране, как он существует — это потенциальная опасность. Если там хороший директор, то все будет хорошо. А в среднем это устроено на выкачивание денег и на подавление. Это извращение самой идеи реабилитации и слишком высокие риски. В новости это попадает, когда там происходит что-то ужасное. Поэтому прежде чем делать, подумайте, кому вы доверяете жизни и здоровье своих близких.

Олег: Чисто физически я очень устал. И эмоционально плохо. И, главное, я не понимаю, что я там делал.

Источник: Зона медиа.

Поделиться:

Обсуждение статьи

толя
Sep 12 2019 4:03AM

Да! Узнаю Вершину хабаровска! Вышел с родными не общаюсь и не прощу того что пережил,ЭТО БИЗНЕС!!!

Гудимов обрабатывает родителей и поставляет новых клиентов- цена вопроса 40 0000 рублей и НИ ОДНОГО ПРОСТОГО которому просто эти ТВАРИ решили помочь! Смеян-тварь ще та! Стравливает людей! А родным говорят что у тебя все хорошо.! Березкин правильно кто то написал- МАЛЬЧИК на побегушках кака и САША С, кто там был тот поймет. Геннадич ВООБЩЕ САМ болеет и срывает злобы на ребятах. А ВООБЩЕ КРЕПКО ПОДУМАЙТЕ ЧТО ВЫ ДЕЛАЕТЕ ИХ РУКАМИ!!!

сергей
Mar 27 2019 8:07AM

Полностью согласен. В хабаровске ВЕРШИНА такая же хрень. Врут всем и вся - мне что я не выздовавливаю, родителям , что иду на поправку. А бабки сосут. КАК могут лечить люди у которых только ТЮРЬМА за плечами! А ГУДИМОВ и СМЕЯН ТВАРИ

Саша
Mar 20 2019 12:02AM

Жесть! Люди! Есть у кого информация о РЦ на Мостовой в Екатеринбурге? Работает от Ассоциации Урал без наркотиков.

Олег
Feb 15 2019 7:34PM

Хуже чем на зоне, проверено 6 месяцев мук

Вадим
Oct 23 2018 5:19PM

Срывы происходят в большинстве не у отрицал, а у выздоровленцев. Петухи шерстяные. А родственники получают озлобленного человека. Правильно написал

Кирилл

Jan 29 2018 11:54PM-они соучастники.

Катя
Mar 28 2018 7:12PM

Так скажите, это вообще помогает? Кто-то завязал?

Кирилл
Jan 29 2018 11:54PM

Узнаю ребуху во всей красе.

Восемь месяцев сидел в РЦ фирмы Уника, да будет она проклята.

Правда, у меня не было писанины "своеволий" и укольчиков при подписании договора, просто орали на меня долго, да мать обманула, сказав, что на месяц ("благодарить" ее до самой смерти теперь буду), да и не с нарками взбалмошными я сидел, а с приличными тихими алкашами.

Консультантская мразь у нас была по большей части из нарков

А так все то же самое.

И это нам еще повезло, что не в жесткой мотивации сидели, народ про эти концлагеря "томск, омск и прочая уфа" вообще ужасы рассказывает.

А насчет того, чтобы судиться - так большей части народа мозги вкручивают так, что после 6-ти месяцев некоторые уже сомневаются в том, что сидят незаконно, думают, что это так и надо.

Кроме того на больших сроках полным ходом шагает стокгольмский синдром.

Ну и полиции никто не верит, хотя "выздоровители" ее дюже боятся.

--------------------------

Теперь насчет бедных "обманутых" родственников.

Фигня это все.

Когда они получают полную власть над вами - они звереют (дайте вам кого-нибудь в полную власть, вы тоже озвереете).

Моя мать забыла про всякое "выздоровления" и хотела только одного, чтобы я жил по ее указке и полностью ей подчинялся.

Я это понял где-то на 3-м 4-м месяце.

Сначала объяснял, что будут держать столько, сколько она платит, а она мне говорила, что будет платить столько, сколько нужно, чтобы я полностью принял ее условия.

(И также было и у одной моей хорошей знакомой)

Когда после выхода я изложил мамочке примерно то же самое, что и в статье, то она ни капли не пожалела о содеянном, наоборот, обиделась на фирму за то, что меня не перевоспитали.

Парень рассказывал, что его мать усадила его в концлагерь под Одессой, где всех били упитые "консультанты", а она ему ответила по итогам его рассказа - "давай забудем, сынок".

В общем, никакие они не созависимые, а самые натуральные преступники, как их называют "заказчики".

И надо не исполнителя в первую очередь наказывать, а заказчика.

Заказчики платят бабло, чтобы вас там держать, именно они создают спрос, который мгновенно удовлетворяется исполнителями (которые ничего другого-то и делать не умеют, в башке криминал и наркота прошлого, да 12 шагов дремучих).

Когда я открыто заявил своей мамаше на одной из семейных сессий в присутствии "психолога" (наркомана-алкоголика с криминальным прошлым), что она преступница, руководитель центра (алкоголик без ВО) поспешил от меня поскорее избавиться.

(не стал бы повторять такое в мотивации, но в нашем лайте сработало)

PS:

Ну и тем, кто решил ехать в центр добровольно...

Вам будут расписывать реабилитацию в санатории.

Готовьтесь к хреновой жрачке, быдлоперсоналу и тесноте с духотой.

Alex
Jan 10 2018 8:25PM

Был там на "лечении" в Ключах... да это криминальный лохотрон... один раз мы случайно наткнулись в этой сраной ребе на флешку с видео, на котором Молодцов учил своих консультантов - почти дословно - "Палец в жопу засуньте лоху, что-б он и дернуться не мог и соскочить с крючка" - это он про вас про родителей и близких, которые хотят спасти своих родных. Вас так будут обрабатывать на вечерних курсах со зависимых. Они травят людей дрянью и потом показывают - это типа ну вот смотрите рано еще на свободу... одну девчонку просто свели с ума таблетками за два месяца. Блатные там и порядки хуже чем на зоне... вы этого не увидите при посещении и не поймете... за красивыми картинками и видами – смерть и горе… мозги вам будут дрюкать и сосать деньги... Что-б они сдохли подлые нелюди. (К стати при мне три консультата в срыв ушли!!! - лечения там нет... издевательство одно и разводилово родственников на деньги. Центр Зебра Савиной Екатерины Алексеевны – она реально лечит.

илья
Jan 7 2018 4:49PM

Не понимаю для чего все это?Что бы вылечить?Благая идея,но зачем так жестоко,без свчзи,телефонов,встреч с родными.Ладно если наркоманы,с ними наверное так и нужно...но алкоголиков зачем вместе с ними держать?Алкоголизм не такая страшная болезнь,если захочешь и так бросишь...проверено на себе.Когда то пил,теперь нет...надоело всю жизнь под туманами и парами ходить.

Вадим
Nov 4 2017 1:59PM

Все полная правда. Сам "лежал" 45 дней. Главное-не отправляйте туда людей с опасными хроническими заболеваниями-есть вариант на выходе получить труп.

Страницы: 1 | 2 |

Уважаемые участники форума! В связи с засильем СПАМа на страницах форума мы вынуждены ввести премодерацию, то есть ваши сообщения не появятся на сайте, пока модератор не проверит их.

Это не значит, что на сайте вводится новый уровень цензуры - он остается таким же каким и был всегда. Это значит лишь, что нас утомили СПАМеры, а другого надежного способа борьбы с ними, к сожалению, нет. Надеемся, что эти неудобства будут временными и вы отнесетесь к ним с пониманием.

Добавить сообщение




Личный дневник автора
Убитые курорты
Иероглиф

Stringer: главное

В аэропорту Шереметьево по прибытии Навального сразу арестовали


Леша, тебя же предупреждали: не надо возвращаться! Пилот, объявляя об уходе на Шереметьево, хмыкнул в конце анонса. А сам самолёт нарисовал в небе х-й.

 

mediametrics.ru

Опрос

Следует ли Собянину во время эпидемии продолжать менять плитку и бордюры?

Новости в формате RSS

Реклама


Еще «Компромат»

Рейтинг@Mail.ru
 

© “STRINGER.Ru”. Любое использование материалов сайта допускается только с письменного согласия редакции сайта “STRINGER.Ru”. Контактный e-mail: elena.tokareva@gmail.com

Сайт разработан в компании ЭЛКОС (www.elcos-design.ru)