Главная страница

Эксклюзив | все материалы раздела

Параллельная Россия. Заключение
31 Октября 2011

Гражданин новой России - сверхчеловек- – будет обладать универсальными знаниями и практиками, в русскую армию вернется подлинный аристократизм, новая усадебная среда возродит национальную культуру. А вот уцелевшие «города миллионеров» окажутся местами унылыми и скучными – как породивший их строй, основанный на неумении людей самостоятельно думать.

7. Место и время для сверхчеловека

“Тот, кто имеет Зачем жить, сможет вынести любое Как.”

Ф.Ницше

“Все дело в том, как мы понимаем, как мы произносим слово «сверхчеловек». Звучит в нем голос ограниченного и пустого притязания или голос глубокого самосознания, открытого для лучших возможностей и предваряющего бесконечную будущность?”

Вл.Соловьев

Всё написанное в предыдущих главах о Параллельной России – новой стране, в которой люди могли бы свободно трудиться и хорошо жить,- придумано автором не в пику правящей партии и не с целью продемонстрировать «кузькину мать» потерявшим совесть чиновникам и олигархам. Для них комфортабельный и гламурный мир вполне состоялся, и скорее всего, будет оставаться таковым еще достаточно продолжительное время – так что не следует тешить себя иллюзиями, что некая революционная сила его однажды опрокинет. Но даже если и опрокинет – жизнь в России от одного лишь этого не изменится к лучшему.

Единственная разумная стратегия противодействия зарвавшемуся меньшинству –недопущение общественного признания положения вещей, при котором у больших людей счастье должно быть большим, а у маленьких – маленьким. Общественный гомеостаз, «эра счастья» - пусть и вторичный, после идеи обогащения, мотиватор правящей элиты, но зато наиболее значимый с точки зрения ее долгосрочных интересов. Поэтому вместо лобовой борьбы с режимом гораздо более результативной представляется борьба с застоем.

Но бороться с тошнотворным застоем, в начале XXI века в очередной раз поразившим Россию, совершенно невозможно, не попытавшись преодолеть клише коллективного бессознательного, убеждающие людей в том, что современная экономика и социально-политическая среда такие, как они есть – это абсолютная данность свыше, и они никак не могут быть изменены. На самом деле, как доказал К.Юнг, убежденность обывателей и элит в некритической подлинности Системы есть результат их неумения самостоятельно думать, а также привычки замещать подлинную мысль архетипом. И что при этом самое обидное – доказанное знаменитым швейцарцем происхождение образов коллективного бессознательного от примитивных первобытных сообществ, жизнь человека в которых была преисполнена психотравмирующими ситуациями, снимает любые претензии нынешних «глашатаев истины» на подлинный модерн!

Проект Параллельной России – это одна из попыток преодолеть подобные клише, от которых цепенеет мысль и опускаются руки. Вариантов альтернативной страны предлагается немало, однако большинство из них сводится к отрицанию ключевых достижений цивилизации: культуры, технологизма и человеческой свободы. Или всего этого вместе. Отсюда постоянно будируются идеи «новой империи», «орды», предложения по религиозной унификации человечества и даже по трансферу к небиологическим формам бытия… Однако при всем разнообразии подобных идей общим для них остается неверие в разумность и творческую силу человека. Восполнять недостаток которых предлагается с помощью внешних субъектов – новых чиновников, «новых дворян», новых мессий…

В параллельной России же предлагается культуру, технологизм и свободу не трогать, а, наоборот, всячески привечать и развивать. А вот что подлежит отрицанию и преодолению – так это отчужденный характер человеческого труда, функционализация и примитивизация человеческой деятельности. Которые, доведенные до своего предела в повсеместно утвердившихся корпоративных моделях бизнеса, государства и общества, со временем окажутся способными полностью истребить человеческую природу - поскольку компьютер или кибернетический организм в части функциональности живого человека обязательно превзойдут. Между прочим, человеческая функционализация также берет начало из первобытного общества, когда для того, чтобы выжить, кто-то должен был сеять хлеб, а кто-то – выковывать оружие. Всеобщая же убежденность в том, что функционализация – это неизбежно и навсегда, а также что специализация труда с прогрессом истории обязательно должна только возрастать, - есть ни что иное, как часть древнего архетипа. И, возможно, - самая зловещая его часть, поскольку она незаметно ведет к отрицанию самого человека. Которого, как мы помним, Бог создал универсальным и счастливым в своей полноте.

Уже многократно упоминавшийся нами новый технологический уклад, основанный на процессуальном (биотехнологии) и информационном (робототехника, искусственный интеллект) воспроизводстве природных явлений и живого человеческого труда, в равной степени позволяет как довести человеческую функционализацию до окончательного предела, так и преодолеть, освободиться от нее. В обоих вариантах будет происходить высвобождение колоссального свободного времени, которое раньше уходило на жизненно необходимый труд, на добывание насущного хлеба. В условиях общества будущего, с технологиями, способными осуществлять производство жизненных благ практически без участия человека, проблема использования свободного времени людей выдвинется на первый план.

Но человек нынешний - такой, какой он есть, то есть погруженный в эгоизм и массовую культуру - не способен этим ресурсом грамотно и рационально распорядиться. На постиндустриальном Западе проблема избыточности свободного времени решается дальнейшим усилением функционального характера человеческого труда: американский менеджер сегодня трудиться, как китайский рабочий, по 15-16 часов в сутки, хотя, не в пример последнему, вполне мог бы работать не более 2-3 часов. Однако, если подобное сокращение произойдет, то наш западный менеджер – а он, в своей сущности, остается традиционным человеком ХХ века, не привыкшим самостоятельно думать, с самосознанием, ограниченным древними архетипами, с патологическими тревогой и беспокойством, происходящими от понимания невозможности управлять даже крошечным собственным микрокосмом, – так вот, он просто не сможет жить, погибнет от наркотиков или сойдет с ума.

Чтобы полноценно пребывать в новом мире и оставаться при этом личностью, человек, прежде всего, должен обрести фундаментальную внутреннюю свободу. Техническая возможность подобной свободы, реализуемая через технологии, делающие живой человеческий труд ненужным, сегодня в полной мере существует. Но человек также должен обладать абсолютной уверенностью в хлебе на столе и в крыше над головой, в безопасности, в стабильности своего общественного положения, определяемого не волей начальства, а его имманентными способностями и опосредующими их сотнями и тысячами профессиональных и социальных связей, а также возможностью сохранить здоровье и жить весьма долго. Поэтому вместо идеи потребления на первый план должно выдвинуться бытие собственно человека. Через отдаление смерти (а ее можно отдалить не только успехами биомедицины, но и высвобождением в пределах существующей продолжительности жизни времени для «творчества и чудотворства», ранее отдававшегося необходимому труду) человек впервые в человеческой истории сумеет получить возможность преодолеть открытую Э.Фроммом экзистенциальную дихотомию, принципиально не дающую шанс на реализацию всей полноты человеческих возможностей – как наличествующих, так и до поры неявленных, скрытых в акматических областях нашего сознания.

Иными словами, общество будущего – если не планировать реализацию инволюционных антиутопий - должно являться обществом людей с преображенной психологической и социальной природой. Или, говоря более привычным языком – обществом сверхчеловека. Ведь сверхчеловек – это отнюдь не «белокурая бестия», как у нас вульгарно принято полагать, а личность, сумевшая восстановить в себе подлинное человеческое бытие. Жизнь без «гнева и нужды», самосознание без подавляющих его комплексов, потребление во имя развития, а не наоборот.

В узком практическом плане сверхчеловек – это универсальная личность, обладающая широкими и глубокими знаниями и практиками. Если сегодня никого не удивляет, что один и тот же субъект может варить суп, чистить обувь, управлять автомобилем и вести домашнюю бухгалтерию (хотя для всех подобных видов деятельности существуют и доступны узкие профессионалы), то отчего невозможен человек, одинаков хорошо разбирающийся в биокатализе, микроэлектронике и медицине, без приглашенных сантехников и садовников поддерживающий жизнеспособность и порядок в обширной собственной усадьбе, а также способный в свободное время с полным профессионализмом отдаваться фундаментальной науке и междисциплинарным исследования, находя между ними время для спорта и искусства? Не существует никаких оснований отрицать, что подобное состояние человека возможно и реализуемо. В конце-концов, даже у великих ученых потенциал мозга используется ничтожно мало, на какие-то 1-2 процента... Для расширения когнитивных и практических способностей человека в условиях сокращения времени необходимого труда и роста продолжительности жизни нет природных барьеров!

Зато вовсю действуют барьеры социальные. Для того, чтобы человек имел возможность конструировать свою жизнь, он не только должен обладать соответствующей акматической мотивацией, но и свободным временем. Ни наемный раб, ни высокооплачиваемый менеджер при хозяине ресурсом свободного времени не располагают, поскольку оно у них искусственно – невзирая на прогресс производительных сил – изымается.

При современной численности населения США в 315 миллионов человек всего лишь 1.5 миллиона фермеров (с членами семей и наемными работниками – около 5-7 млн. человек) досыта кормят Америку и – через экспорт продовольствия - еще порядка 1 миллиарда жителей планеты. Ещё 15 миллионов американцев, занятых в обрабатывающей промышленности, обеспечивают своей стране валовой внутренний продукт, по-прежнему превосходящий ВВП Китая, где в промышленности и сельском хозяйстве занято более 520 миллионов. Труд же остальных 108-110 миллионов американцев связан с управлением и оказанием услуг и основывается на распределении большей части стоимости, созданной в производственной сфере.

В России в отраслях, в которых осуществляется создание новой стоимости, занято сегодня лишь 24 миллиона человек, а в перераспределяющей ее сферах управления и услуг – 45 миллионов.

За вычетом действительно необходимых управленческих функций и труда в научно-технологической сфере, все эти миллионы человеко-лет представляют собой прямое изъятие обществом свободного времени своих членов. Причем, чем значительнее уровень развития экономики, тем степень этого изъятия выше. Гражданам России нет никаких оснований завидовать своим коллегам с Запада – несмотря на разницу в зарплатах, и здесь, и там люди одинаково несвободны. Причем в количественном выражении степень западной несвободы сегодня выше, нежели у нас.

В основе подобного дисбаланса лежит уже неоднократно упоминавшаяся мною корпоративная модель владения и управления большей частью мировых производственных активов, отчуждающая и редуцирующая человеческий труд. Человек оказывается искусственно привязанным к своему рабочему месту, к узкому функционалу, не имея возможности использовать в собственных интересах время, высвобождающееся по мере роста общей производительности труда. Когда же времени высвобождается слишком много, излишних работников увольняют, и им обычно приходится трудоустраиваться в организации, специализирующиеся на «истреблении времени» - например, в непомерно разросшуюся туристическую индустрию или спа-салоны для элитных болонок.

Если бы работник, не скованный функционалом и не ограниченный служебными регламентами, мог бы использовать высвобождающийся ресурс времени для нового дела, нового бизнеса или нового творчества – то лишних людей было бы значительно меньше. Но для этого ему необходимо стать хозяином своего рабочего времени, а не наемным работником.

До сих пор такая привилегия имелась только у предпринимателей, число которых даже в идеальных условиях «рынка без монополий» не могло быть большим, так как предметом предпринимательского труда являлись ограниченные материальные производственные активы - земля, станки, - или сконцентрированные денежные капиталы.

Сегодня, когда предметом труда становятся знания и связанные с ними практики, круг предпринимательских потенциалов неизмеримо расширяется. Квалифицированный рабочий, современный инженер, технолог или научный работник, труд которых вчера был возможен исключительно по найму, сегодня могут действовать как самостоятельные субъекты бизнеса, и соответствующие процессы проявляются все более отчетливо. Но для труда десятков и сотен тысяч «новых предпринимателей» в условиях общественного разделения труда необходима адекватная организационная форма - кооперация.

Открытая и реализованная на практике в XIX веке европейским социалистами, кооперация первоначально предназначалась для содействия крестьянам и мелким ремесленникам. Обладая механизмом распределения прибыли пропорционально базовым предпринимательским усилиям (например, производству сырого молока), кооперация гарантировала своим членам честное и максимально полное участие в результатах последующих переделов (реализация молочных продуктов и т.д.). Однако гигантские и сверхкапиталоёмкие по тогдашним условиям обрабатывающие производства были для кооперации наглухо закрыты. Сегодня, когда стоимость знаний становится выше стоимости «железа», а также когда благодаря компьютерным технологиям оказывается возможным проследить и исчислить предпринимательский вклад в значительно более сложных, чем переработка молока, технологических переделах и маркетинговых процессах, для ренессанса кооперации имеются все необходимые условия. За исключением, пожалуй, одного – наличия состоявшегося массового класса «новых предпринимателей».

Крах массового российского предпринимательства 1990-х был предопределен не столько деструктивной деятельностью организованных преступных сообществ или «происками олигархов», сколько его абсолютным технологическим примитивизмом. В самом деле, большая часть предпринимателей той эпохи занималась либо торговым посредничеством, либо эксплуатацией доставшихся от советской эпохи устаревших производственных мощностей. Не удивительно, что большая их часть в конечном счете была из бизнеса удалена.

Чтобы избежать подобного результата в Параллельной России, развитие «нового предпринимательства» и кооперативной экономики необходимо осуществлять на основе технологий нового уклада, оставив «старую страну» ее старой элите. В предыдущих главах я постарался показать, что подобное вполне возможно.

Действительно, кооперативная экономика может быть абсолютно современной, не отрицая никакие технологии и институты, которые ошибочно принято соотносить исключительно с крупным финансовым и корпоративным капиталом. Отсутствие первоначальных активов? В век биоэкономики главным активом становится земля, экспонируемая солнечным светом, а заброшенной, «ненужной» земли в России сегодня предостаточно. Источники накопления и оборота? Их проблему можно решать через финансирование кооперативного сектора на основе эмиссии долгосрочных закладных – как в свое время финансировалась гигантская американская ипотека. Предпринимательские кадры? Через привлечение в новую экономику широких масс дееспособного населения и обеспеченных иммигрантов с Запада. Концентрация производства и капитала? Там, где это необходимо, проблема может решаться через «кооперативные акционерные общества», то есть общества, в которых большая часть капитала принадлежит инженерно-технической элите и высококвалифицированным работникам, либо же на основе динамических сетевых технологий, учитывающих индивидуальный предпринимательский вклад на различных стадиях формирования стоимости в сложных системах… Для новой кооперативной экономики нет технических преград!

Но самое важное состоит в том, что кооперативная экономика будет не столько копировать элементы экономики корпоративной, сколько обеспечивать развитие совершенно новых отношений. Например, связанных с ослаблением (а в более отдаленной перспективе – и прекращением действия) открытого еще А.Смитом закона стоимости. Когда вместо общественно необходимого труда стоимость товаров и услуг начнет определять уровень содержащихся в них знаний и творческих усилий. В результате чего начнет терять ценность простой труд, избыточная потребность в котором повсеместно порождает проблемы трудовых мигрантов и питает пресловутое «китайское чудо» - в противовес им, вместо обмена продуктами материализованного труда рабов, экономика начнет строится на обмене «услугами джентльменов». И в результате чего коренным образом изменится природа капитала - капитал перестанет быть сокровищем и утратит менную форму: его невозможно станет передать, заложить, обменять. Подлинным капиталом станут являться укорененные в человеке знания. Не терабайты информации на цифровых носителях, а именно знания укоренные, реализуемые в практиках или в творческих процессах.

Поэтому человек будущего должен помнить, знать и уметь весьма много, не ограничивая себя одной раз и навсегда выбранной специализацией. Поэтому он должен долго жить и управлять собственным здоровьем. Поэтому он должен быть Сверхчеловеком – в противоположность функциональным «киборгам» Нового Запада, умаление и истребление человеческого начала в которых будет платой за сохранение традиционных капиталов с их владельцами и распорядителями в лице старых финансовых элит.

Готов повториться еще раз, но проект Параллельной России – это, во многом, выбор нового цивилизационного дискурса. В котором, задумываясь о судьбах мира, мы, прежде всего, желаем полноценного будущего нашей собственной стране.

Наряду с экономикой знаний и кооперацией, новая автономная селитебная среда – фундаментальная основа параллельной страны. Повторная колонизация заброшенных российских земель нужна отнюдь не для содействия Минсельхозу в увеличении площади пашни, а создание усадеб – не для выполнения многочисленных «жилищных программ». Просто новому человеческому типу, которому в течение 1-2 поколений предстоит сформироваться в Параллельной России, нужна территория в качестве физического пространства для жизни и труда. Если нынешнее общество, нынешняя власть давно поставили крест на «неперспективных землях», в которых у нас – пол-России, то почему бы не вернуть их к жизни?

Да, предстоит колоссальная работа по обустройству не самых удобных и приветливых территорий, включающая не только строительство дорог, но и умное изменение климата и биоты (подобно тому, как в 1920-х годах русские ученые с помощью австралийских эвкалиптов осушили заболоченные районы Сочи и Абхазии, а запустив в водоемы гамбузию покончили с комарами). В новой стране зелесненные территории Тверской области и Пермского края должны напоминать альпийские предгорья Австрии и Германии, а лесостепные пространства между Тулой и Воронежем – обихоженную Англию. Делаться все это будет далеко не из любви к прекрасному. Приведенная в порядок цветущая земля – фундаментальный актив новой молодой страны, форма накопления ее базового, «сокровищного» капитала, на основе которого затем смогут успешно развиваться перспективные формы капитала, основанные на информации, знаниях и и.д. Подобно тому, как финансовые активы современного капитализма продолжают опираться на фундамент, сложенный из состояний средневековых ростовщических кланов и банковских домов.

Предстоящий процесс создания новой жизненной среды, в рамках которого предстоит не только строить, но и очищать землю от мертвых городов и промышленных объектов, потребует расхода и денег, и человеческой энергии. Мобилизация данной человеческой энергии исключительно важна с точки зрения «запуска» процесса социогенеза – пусть и локального, но в рамках которого смогут начать формироваться новое пространство акматических идеалов и стереотипы поведения. Привить и развить которые иным, искусственным путем, не получится никогда.

Усадебный тип проживания – тоже не дань моде и не формальная антитеза проживанию новый людей в железобетонных джунглях угрюмых российских городов. По большому счету, сверхчеловек способен жить везде. Однако в обществе будущего, где наличие продовольствия и базовых жизненных благ в перспективе будет столь же естественно, как сегодня - наличие воздуха, - наиболее высокую ценность будут иметь активы, определяющие полноту творческой реализации человека. Поэтому футуристический идеал массовой русской усадьбы, начало которому должно быть положено в Параллельной России – в чем-то аналог классического дворянского гнезда пушкинских времен.

Чем можно заниматься в усадьбе, кроме музицирования и препровождения времени у пылающего камина? Если подходить к этому вопросу серьезно, то речь должна идти, прежде всего, о восстановлении целостности человека и об устранении все тех изъятий и ограничений, которые развили в нем века несовершенства и нужды. Удастся их преодолеть – и высшим благом станет познание Вселенной. Может быть, путь к подлинному ее познанию так и останется для человека закрыт, но и в этом случае благом будет являться наслаждение гармонией мироздания. Не надо говорить, что удел человека – это якобы деятельность, но не наслаждение. Бах, сочиняя музыку, наслаждался. Любой профессионал наслаждается своей работой. И, напротив, отсутствием работы наслаждаются неучи и недалекие люди.

Русская усадебная среда будущего станет ярким, живым и преинтереснейшим явлением. В то время как новомодные «города миллионеров» окажутся, поверьте, местами унылыми и скучными.

Также никогда не приживется в России и еще одна новомодная затея – псевдоусадьбы для «колхозного люда», сблокированные с семейными производственными объектами. Сегодня подобные показушные «технодеревни» в изобилии множатся на просторах Отечества, на их создание охотно выделяют деньги, однако кого в них собираются укоренять? Рабов, на все свои грядущие поколения крепко привязанных к закрепленным за ними коровникам и свинофермам, под пристальным соседским приглядом?

В свое время классические дворянские усадьбы, дав начало мощному творческому импульсу, исчезли как нечто несовместное с наступившим капиталистическим промышленным укладом. Прежде, чем лопахинский топор прошелся по вишневым садам, питомцы дворянских гнезд сполна сумели удостоверится в своей ненужности и избыточности для страны и мира. Плеяда русских лишних людей, открытая Онегиным, обладая воспитанием, умом, не испытывая нужды в материальных благах, но и не имея к созиданию мотивов и практических возможностей, едва ли не добровольно приняла на себя агасферово проклятие: подобно Вечному Жиду, они видели Бога, но не впустили его. Процесс же созидания вскоре переместился на более низкий уровень и продолжился при свисте пара, в грубом грохоте фабричных цехов. Освобождая крестьян и выкупая для них землю в 1861 году, царское правительство наделило образованный класс – за государственный счет! - колоссальным первоначальным капиталом. Но этот капитал также не смог быть посвящен созиданию, за считанные годы он был бездарно пропит и растрачен. Проклятье, разделяющее разум и деятельность, мечту и возможность, продолжилось – вот почему сегодня, в России торжествующей серости, мы переживаем его подлинный апофеоз.

Однако и сегодня же, когда перед угрозой утраты человеком его божественной природы, «сводятся и закрываются счеты», проклятье вполне может быть отменено! Новая страна, способная сделать процесс воспроизводства материальных благ столь же элитарным и насыщенным творческой мыслью, как и процесс создания благ духовных, устранит двусмысленность бытия интеллигенции. Не быть интеллигенцией в новой стране окажется невозможным.

«Но как раз именно это и есть самое невозможное!» - возразит читатель. И будет совершенно прав.

Параллельная Россия, начав развиваться в качестве высокорентабельного бизнес-проекта на неосвоенных и заброшенных землях, с самых первых шагов будет испытывать острейший «кадровый дефицит». Несмотря на то, что доступных для Расселения 4.7 миллионов квадратных километров жизнепригодных земель в рамках запланированного размера усадебного владения биотехнологического кластера (463 гектара) можно укоренить не менее 7-10 миллионов человек, а при меньших размерах усадеб и развитии более компактных форм распределенной городской среды - с легкостью разместить все население России, вряд ли все вакансии удастся заполнить.

Даже с учетом возможной иммиграции к нам из стран Запада, число внутренних «иммигрантов», готовых к радикальной смене своего жизненного уклада, вряд ли в первые десятилетия превысит миллион человек. Да и в последующем их численность едва ли поднимется выше 15-20% от населения России. Причина банальна: воспитание в себе сверхчеловека предполагает не только наличие воли и соответствующей убежденности, но и способностей к накоплению и развитию глубоких мультидисциплинарных знаний. А последние либо являются нечастым природным даром, либо становятся результатом личных сверхусилий и саморазвития.

Главное при этом – чтобы процесс саморазвития человека не блокировался бы сословными и материальными ограничениями.

Чтобы лучше представлять возможную структуру общества в обновленной России, позволю ненадолго задержать внимание читателей небольшим социометрическим отступлением.

Одна из моделей распределения людей в современном российском социуме может быть построена в критериях деловитости, работоспособности и отношения к миру. Если по горизонтальной оси отразить отношение к миру, то в отрицательной области данное отношение называется цинизмом, в положительной — романтизмом. Циник окружающий мир не любит, пытается отгородиться от него, не отождествлять себя с ним. Для кого-то — это просто защитная реакция, для кого-то — философия жизни. Напротив, романтизм — это противоположный тип отношения к миру.

По вертикальной оси в положительной зоне имеем деловитость, жизненную активность, предпринимательские качества. В отрицательной зоне — имеем антоним всему этому, то есть иждивенчество, профессиональную и социальную пассивность.

Так вот, большая часть сегодняшнего российского общества, не менее восьмидесяти процентов, попадают в III и IV квадранты. Тридцать процентов в III квадрант — цинизм и иждивенчество, пятьдесят процентов в IV квадрант — романтизм (простодушие) и иждивенчество.

В первом квадранте (романтизм и трудолюбие) сегодня у нас не более десяти, от силы — пятнадцати процентов населения. Раньше было значительно больше, но именно отсюда за последние десятилетие происходил основной поток трудовой эмиграции — ученых, инженеров, квалифицированных рабочих, просто приветливых, крепких, трудолюбивых людей. Именно их дефицит, их физическое отсутствие в сегодняшнем обществе формирует его безрадостный и мрачный вид.

Второй квадрант – место обитания работоспособных циников, которых у нас не более десяти процентов. Это — крупные предприниматели, топ-менеджеры, чиновники на должностях, заработанных не мздой, а службой. Политические и административные животные, как сейчас принято говорить.

Третий квадрант — циничные иждивенцы. Их не менее тридцати процентов. Это мелкие и средние чиновники, служащие исключительно за привилегии и мзду, то есть без «животной» страсти к политике и власти, это «офисный планктон», это, увы, и значительная часть сегодняшних правоохранителей. А у самой нижней грани III квадранта, где значения цинизма и иждивенчества достигают своего предела, пребывает российский гопник. Современный гопник давно вышел из эгрегора шпаны или фанатских банд, он обрел массовость, сделался позорным символом страны, типажом, по которому Россию сегодня узнают в любой точке планеты. В этом же квадранте, не побоимся признать, – и значительная часть нынешней «кавказской молодежи».

И наконец, четвертый квадрант с «романтическими иждивенцами». Их сегодня — едва ли не половина населения, представленная, в основном, людьми советского поколения, привыкшими каждый день ходить на работу, слушаться начальство и планировать жизнь на десятилетия вперед. В прежние времена эти люди не образовывали золотого фонда, но составляли золотую середину, обеспечивавшую советской системе ее устойчивость. Правда, они же одновременно и препятствовали переменам, хотя и не фатально — ими всего лишь нужно было грамотно руководить, готовить... Сегодня эта когорта активно пополняется инфантильной молодежью — той, которая за неимением полноценной, ответственной работы и социальных перспектив предпочитает жить в атмосфере мифов, в свои 30–40 лет оставаясь с мировоззрением шестнадцатилетних.

В процессе генезиса Параллельной России ведущую роль по определению будут играть персоналии из I квадранта. Как только новая страна сумеет прочно укорениться, их популяция перестанет таять и, возможно, со временем расширится до 30% российского социума. Также к ним постепенно примкнут «работоспособные циники» - профессионалы администрирования и управления. Полагаю, что их численность останется неизменной – те же 10%. Таким образом, консорция новой России по своей численности достигнет 40% населения.

«Население» IV квадранта будет востребовано в качестве своеобразного кадрового резерва, выполняя функциональную работу на производстве, в науке, сфере образования и т.д. Новая страна предоставит им возможность жить в состоянии гармоничного равновесия, сохраняя неизменной традиционную человеческую сущность. Но ничто не будет препятствовать им переместиться в первый квадрант – ведь смена парадигмы иждивенчества на ответственность и дееспособность в большей степени определяется личным выбором человека, чем его врожденными психофизическими характеристиками.

Россия, в которой 40% сумеют развить в себе сверхчеловеческие качества, а другие 40% смогут свободно сделать выбор между гармоничным гомеостазом и сверхчеловечностью, смогла бы стать эффективной, справедливой и прекрасной страной!

А вот с человеческой «помойкой», представленной III квадрантом, все будет сложнее. Более трети циничных иждивенцев – слишком большая нагрузка, неотвратимо тянущая вниз наш сегодняшний социум. Маловероятно, что они воспользуются возможностью сменить свой социальный тип. По всей видимости, эти люди до последнего будут оставаться в «России ветхой», образуя дешевый, но опасный в использовании функциональный трудовой ресурс и продолжая населять окраины теряющих былой блеск городов. Конечно, вслед за М.Горьким неплохо было бы помечтать о том, что когда-нибудь «…вымрут полудикие, глупые, тяжелые люди русских сел и деревень — все те почти страшные люди, о которых говорилось выше, и их заменит новое племя — грамотных, разумных, бодрых людей», - но подобный антропологический тип, увы, будет постоянно воспроизводиться, поэтому новой России предстоит научиться жить с 15-20% подобного человеческого материала. Не закрывая для них социальных лифтов во II и IV квадранты, но и позволяя навязывать свои привычки и стереотипы остальным.

Хочется предостеречь и от соблазна сбрасывать подобный человеческий материал в вооруженные силы новой России: стремление комплектовать армию за счет «помойки», вполне очевидное сегодня, абсолютно недопустимо в условиях новой страны. В наступающую эпоху значение вооруженных сил беспрецедентно возрастет: мир станет более конфликтным, и России с ее немыслимой протяженностью границ не избежать покушений на свое жизненное пространство.

Армии необходимо вернуть элитарность и аристократизм, сделав местом формирования волевых и нравственных качеств сверхчеловека. Необходимо восстановить здоровый дух натиска и агрессии, отказавшись от пассивного миротворчества. Общепризнанная военная доктрина должна быть нацелена на безусловное поражение противника, даже если им окажутся США или Китай, а не рассуждать об экологической неприемлемости ядерных ударов. Служба в такой армии станет необходимым и желанным элементом формирования личности, а ее избежание – позором и неудачей, как считалось еще каких-то пятьдесят лет назад. Прохождение воинской службы также должно обеспечивать возможность получения в последующем первоклассного образования – второй основы бытия сверхчеловека, а также пожизненного доступа к программам коррекции здоровья.

Пожалуй, на этом можно было бы и завершить концептуальный очерк о параллельной стране, идея которой родилась, как мы помним, из осознанной необходимости борьбы с застоем. Однако с учетом выводов о более чем внушительных изменениях в человеческой природе, дорога к которым в этой будет открыта, возникает вопрос: где предел для подобного развития? В чем состоит замысел Бога, если вместо приведения человечества к покаянию через все более отчетливый тупик нынешнего развития цивилизации ему предлагается пройти еще один круг? И не пытается ли автор поспорить с древними книгами, предлагая строить Божье царство руками людей?

Нет, не пытается. Новая страна, происходящая из Параллельной России, конечно же, не станет Царством Божьим на земле, и сверхчеловек будущего при всех возможностях биомедицины и квантовой физики навряд ли сумеет своими руками воскресить мертвых, как мечтал Н.Федоров. Зато люди смогут сделать к Богу еще один шаг, воссоздав в себе часть божественной сущности. А также – и это не менее важно! – своим новым бытием оправдать жертвы и ошибки предшествующих поколений, в изобилии рассыпанные по нашему историческому прошлому.

Возможно, что после преодоления сверхчеловеком экзистенциальных и исторических дихотомий наши потомки смогут написать и новую историю – с видением прошлого, близким к его видению с бесстрастной стороны, со стороны Бога. Тем самым подготовив встречу с Ним не только для себя, но и для нас и наших предшественников. И, не исключено, - немного эту встречу приблизив.

In hoc signo vinces - c сим победим!

Поделиться:

Обсуждение статьи

есенин
Jul 28 2012 2:36PM

не читал но осуждаю

цынник
Mar 1 2012 12:07PM

Пф ... то в лесу росли грибы ,очнитесь р"асия" никогда не будетна равне даже с афганистаном, кто этот бред написалппс,меня окружают одни ничтожества овощи которыетничего не понимают

Питон
Dec 7 2011 11:39PM

Дочитал до места, где говорится, что обрабатывающая промышленность США производит больше, чем в Китае. Дальше читать не стал...

Константин
Nov 14 2011 9:08PM

а мне понравилось, все четко и убедительно, нечасто встретишь такое логичное изложение, схема - прямо в точку, очень наглядно; рекомендую поискать другие работы автора

дмитрий
Nov 9 2011 8:12AM

графоман

Страницы: 1 |

Добавить сообщение




Личный дневник автора
Убитые курорты

Stringer: главное

Но каждую "пятницу", лишь солнышко спрячется, кого-то жуют под бананом


На канале Пятница выходит передача с Леной Летучей «Ревизорро» – адаптация оригинального украинского формата. Лена Летучая заходит в рестораны, заезжает в гостиницы с телекамерой и оператором и придает гласности, какой дрянью нас кормят и в какой мерзос

 

Опрос

Выйдет ли Путин из войны в Сирии?

Новости в формате RSS

Новотека

Загружается, подождите...

Реклама

Loading...

Еще «Эксклюзив»

Новотека

Загружается, подождите...
 

© “STRINGER.Ru”. Любое использование материалов сайта допускается только с письменного согласия редакции сайта “STRINGER.Ru”. Контактный e-mail: elena.tokareva@gmail.com

Сайт разработан в компании ЭЛКОС (www.elcos-design.ru)