Pедакция не отвечает за содержание заимствованных материалов

БРАТ-3. Часть I
5 Октября 2000

Многие из тех, кто побывал в чеченском плену, говорят, что самым страшным для них было думать о близких. О том, как переживают матери, отцы, братья, сестры, жены и дети в неведении о судьбе пропавших. Живы ли? Здоровы?

Родственники абсолютно беспомощны. В основном.

Случай с похищением Саида Исаева, весной прошлого года назначенным собкором ТАСС в Грозном, существенно отличается от остальных подобных историй. Дело в том, что чеченцы похитили чеченца. Его семья знала, что делать. И делала.

Саида освободил брат, Шарип Асуев. Он рассказал «!», как это делается в Чечне.

ЗАКОН

- Я был корреспондентом ТАСС с 1984 по 1998 год. Саид работал со мной - сначала как внештатный автор, потом около года заменял на корпункте. Его украли сразу, как только он был принят в штат агентства. На тот момент он был единственным официальным корреспондентом в Грозном: работали в основном стрингеры.

2 марта его утвердили на штатную должность в Москве, он уехал. В конце месяца его украли.

Мы в первый момент были ошарашены, пытались определить порядок действий. Например, с его сотового телефона (я попросил не отключать его) в течение месяца довольно активно звонили. Конечно, часть звонков похитители делали знакомым, девушкам своим - покрасоваться. Но некоторые звонки были в Москву - интересно было бы установить номера. Я собирался взять полную расшифровку в компании - помешала возобновившаяся война.

Первое, что меня ошеломило, - порядок ведения уголовных дел. Я получил несколько писем, в частности, от Северокавказского ГУБОПа. Работа ведется... Потом, когда Саида нашли, никто никаких действий больше вообще не предпринимал.

Я сразу начал, по мере сил, оказывать на следственные органы «давление»: посоветовал, например, идти по следам телефонных звонков. В итоге на допрос в районную прокуратуру вызвали меня. Понятно, что следователь выполняет формальные обязанности: ведь его работа не имеет ничего общего с реальными поисками человека. Я говорю об этом сейчас не для того, чтобы лягнуть хромую лошадь: просто сколько пленных еще остается там, а методика не меняется. Конечно, есть группы, которые активно работают. Но и им мешают судебные формальности. Не всегда удается доказать обоснованность энергичных действий. Моральные принципы (когда на кону жизнь человека) вступают в противоречие с буквой закона...

КРАЖА

Но начнем сначала.

В конце марта прошлого года я прилетел домой, чтобы забрать вещи. Два дня мы вместе с Саидом ездили по республике - в том числе и ночью. На следующий день рано утром он отвез меня на вокзал, я уехал в Кисловодск. Саид провел день в родном нашем селе Ачхой-Мартан, вернулся вечером (соседи это заметили), до 12 часов в доме горел свет - он готовил «рыбы» (черновики) утренних сообщений в ТАСС. Блокнот и ручка остались на столе. Между часом и тремя ночи за ним пришли. Проснулся оттого, что к груди приставили оружие и велели не шуметь. Правда, в этом не было смысла: частный дом, соседи - только женщины, могли и их убрать как свидетелей. Саида провели в кабинет, засунули в огромную сумку всю оргтехнику - то, что имело отношение к работе.

Надели наручники. Вообще бандиты вели себя очень спокойно - видимо, у них уже отработанная методика. Все происходило в темноте, изредка только включали маленькие фонарики. Аккуратно вывели брата, накинули на плечи куртку, завязали глаза.

Вначале Саид был уверен, что украли его масхадовские спецслужбы. Пытался выяснить что-то, но ответ был один: «Приедешь - узнаешь».

Возле дома стояли две машины: «Нива» и белая «шестерка». Его посадили между двумя бандитами и увезли.

Он до сих пор утверждает, что около двух месяцев находился в Грозном. По моим данным - всего два дня, потом его перевезли в село Ермоловка, а позже держали в Урус-Мартане. Правда, в его собственной версии тоже есть доля истины, хоть глаза и были закрыты, он ведь каждую кочку на дорогах знает...

ТРЕВОГА

Мне в Кисловодск позвонил корреспондент «Свободы». В тот день была назначена встреча журналистов, он набрал мобильный номер Саида - хотел встретиться по дороге, и какой-то голос вдруг нагло послал его к черту. Он решил, что кто-то пошутил. Потом телефон перестал отвечать вообще. Тогда ребята поехали к Саиду домой, нашли ворота чуть прикрытыми... И по обстановке в доме поняли, что его забрали.

Сразу собрались все телевизионщики: РТР, ОРТ, НТВ. Начали снимать репортаж о похищении. Несколько сюжетов даже успели показать, пока я не связался с ТАСС и не попросил прекратить сообщения вообще.

Дело в том, что по опыту других похищений (а я раньше пытался участвовать в освобождении коллег) я знал, что лучше молчать. Потому что, как правило, похитители и рассчитывают поднять шум. Чтобы успешнее торговаться.

Понимаете, эта ситуация похожа на слоеный пирог: версия может быть политической, криминальной, денежной. И они, к сожалению, почти всегда очень плотно переплетаются.

Охраняли его эти 83 дня люди, которые просто выполняли приказ, не знали, что Саида взяли как заложника, для выкупа. Думали, что он враг.

АНГЕЛ СМЕРТИ

Я периодически набирал его номер. Телефон мог молчать неделю, а потом вдруг включиться. И подходил все время один и тот же человек. Наглый писклявый голос, чисто говорящий по-русски, сообщал, что отправил моего брата на встречу с Аллахом. Я тянул время, чтоб не прервать связь, хоть что-то узнать: кто, откуда; пытался сыграть на мужских чертах - если не трус, пусть хоть имя свое назовет.

А он отвечал: «Я - Мукулмот». Это Ангел Смерти в одной из легенд.

Знаете, я понял: нельзя подходить к бандитам с общечеловеческими мерками. У них в принципе другое отношение к жизни. Они, конечно, подонки, но бывают такие таланты... И почти все они - хорошие психологи. Слова о смерти брата - всего-навсего один из приемов доводить клиента до кондиции. Тактика, причем довольно грамотная: сперва молчать, потом усиливать давление.

ТОРГИ

Я допускал, чтобы просачивалась только информация, необходимая мне для поиска. Когда бандиты залегали - тормошил их. Но с первого дня решил для себя, что никто платить не будет.

Как ни горько это признавать, Саид - не командированный из Москвы, и никто за него так, как за московских корреспондентов, бороться не будет. На миллионный выкуп у ТАСС нет денег. Впрочем, если бы и были, я возражал бы против выплаты.

Я помню, как за прежнюю группу, в освобождении которой я участвовал, все же заплатили - причем лично мне люди предлагали выпустить Загнойко, Архипова и Мамашвили в два раза дешевле. За миллион двести тысяч долларов - при условии, что я поручусь головой. Из них 200 тысяч они обещали мне как посреднику. Но почему-то ответственные за операцию предпочли отдать два миллиона. Потом я шутил: мало того что так дорого дали, еще и комиссионных меня лишили...

С похитителями у меня состоялось пять или шесть разговоров. Лично мне никакой цены не объявляли: якобы украли брата не из-за денег, советовали не тешить себя надеждой. Саид провинился перед свободной Ичкерией - и казнен.

Его обвиняли в работе на спецслужбы, что в принципе смешно. В мирной жизни он был водителем и бригадиром овощеводческой бригады, журналистом стал практически случайно. Тогда уж меня - профессионала - должны были ловить.

От самих бандитов требований я не слышал, приходили люди, которые «всего» за 50 тысяч обещали стопроцентно указать местопребывание брата. Правда, я должен был поклясться на Коране, что не выдам ни их, ни виновных. Другие просили 500 тысяч - и уверяли, что через три дня сами найдут и освободят. И допускали возможность торга. Нижний предел - 300 тысяч долларов.

СТРАТЕГИЯ

Я лихорадочно искал подход, разрабатывал методику розыска. Торговаться было невозможно, даже мнимо - во-первых, из-за отсутствия денег. Во-вторых, цена моментально начала бы расти в геометрической прогрессии. На правительство Масхадова надежды не было. Степашин лично, Рушайло лично якобы контролировали... Но я давно не верю красивым словам. Рассчитывать можно было только на собственные силы.

Иногда я играл с бандитами: говорил, что в Москве никто денег не даст, потому что он чеченец. Говорил: идет война, но и через сто лет мы вас найдем. Приходилось устраивать и легкую демонстрацию силы. Скажем, поступила какая-то информация о том, где находится Саид. Я мог точно знать, что его там нет, но людей стягивал «побряцать мускулами». 150 вооруженных молодых людей оцепляют квартал, проверяют подвалы. Информация об этом до бандитов непременно доходит. Когда бандиты крадут чеченца, они должны знать о последствиях. Понятно, что в маленькой республике тайной похищение не останется, и наказание последует по определенным законам. Мне казалось, что в каждом человеке нашей национальности понимание этого заложено на генетическом уровне.

Правда, под любого похищенного они грамотно подводят базу: агент ФСБ, предатель, потому подлежит смертной казни. Во-первых, таким образом бандиты хотят морально защитить себя. Во-вторых, необходимо, чтобы в эту версию поверили те, кто кормит и охраняет пленника. Ведь как получается: одни крадут, другие содержат, третьи ведут переговоры в Москве. Ездят с оружием по столице, у них есть все необходимые документы, спутниковые каналы связи. Так ездил Абдуразаков. И никто его не задержал.

КРУГ СУЖАЕТСЯ

Я действовал методом исключения. Первоначально предполагал, что это действительно совершили так называемые чеченские спецслужбы. За ними был замечен такой грех: если на человека на самом деле есть компрометирующая информация, его арестовывают, но на следующий день могут прийти сто человек с гранатометами и потребовать отдать. Чтобы не создавать подобных проблем, они действуют тайком. Но известные мне подвалы спецслужб я обошел лично.

Существует распространенное заблуждение, что зоны республики контролируются четко определенными командирами. Это не так.

Скажем, Урус-Мартан был закрыт для федералов. И любой бандит мог туда привезти своих пленных, а хозяева и не знали. Получился такой бандитский анклав. И в этом, я считаю, главная вина Масхадова: он не смог наладить контроль за ситуацией.

За две недели до освобождения Саида нашли похищенного брата Малика Сайдуллаева. Он рассказал, что Саид сидел в камере напротив.

Я и так уже знал, где он. И вот получил последнее точное подтверждение.

Брата Сайдуллаева сначала хотели освободить силой.

Но Малик сказал мне: «У меня есть и люди, и оружие, и деньги (подтекст - не в пример мне), но отвоевывать бесполезно. Можно, конечно, стереть квартал с лица земли. Только какой смысл освобождать одного, убивая 10 других, - своих или чужих, все равно». В Урус-Мартане у бандитов четкая система охраны - тройное кольцо, о любом передвижении не своих знали за 30 км.

Причем охраняли село люди, которых почему-то принято называть ваххабитами (хотя, с моей точки зрения, ваххабиты - это нечто иное). И если атакующие еще будут пытаться не попасть в мирного жителя, то эти начнут стрелять без разбора. Они готовы к смерти каждую минуту.

ИДЕЯ

Я придумал ход, которого, по-моему, до меня никто не делал.

С простыми бандитами и РУБОП справляется. А это фактически полуармия. Борьба с неверными - их козырь. Именно этого обоснования собственных действий нужно было их лишить.

Надо знать тех, кого у нас называют ваххабитами. Среди них, конечно, есть и бандиты, но 90 процентов расстреляют собственного командира, если узнают, что украли человека по денежным мотивам.

Это доказывает и поведение охранников Саида. Когда брат пришел в себя после шока и попросился выйти на улицу (чтобы была возможность молиться), они страшно удивились. А когда узнали, что Саид и Коран читает - ситуация в корне изменилась.

Раньше любые разговоры были исключены. Саид имел право открывать рот, только отвечая на вопросы охраны. А тут... Один молодой охранник, когда Саида в очередной раз выводили «на расстрел» (ему периодически говорили: «Не бери манатки, они тебе больше не понадобятся», и имитировали подготовку казни - наверное, чтобы психологически сломать), - так вот охранник шепотом сказал: «Помочь я не в силах, но клянусь, если тебя убьют, разыскать родных и рассказать им, кто это сделал».

Существовала в поисках еще одна сложность. Даже если я точно знаю, кто из командиров украл моего брата, я не могу прийти и обвинить его. Мои слова будут чреваты кровной местью. «Как ты мог подумать?! Это оскорбление!» Приходится хитрить: «Конечно, я знаю, что это не ты, но тем, кто это сделал, буду мстить».

СПАСИТЕЛЬ

В Чечне есть молодые муллы, не фанатики, а верящие по-настоящему. У меня был знакомый, звали его Самир - дай Бог, чтобы он и сейчас был жив, - чеченец, родившийся в Иордане. Честнейший и чистейший человек, но и в первую, и во вторую войну был связан с ваххабитами. Он вызвался мне помочь. Я думаю, что на 99 процентов освобождение Саида - его заслуга.

Он точно знал, что мы не агенты спецслужб. И действовал по своим каналам. За две недели до освобождения брата Самир обратился в шариатский суд того села, где держали Саида. По закону он как мулла имеет право привлечь подозреваемого к суду, и любой судья обязан рассмотреть дело. Самир потребовал вызвать человека, которого мы подозревали, он должен был после клятвы на Коране ответить на некоторые вопросы. Сам командир не пришел, прислал кого-то взамен. Посланник подтвердил, что мой брат действительно у них - но он предатель, следовательно, все по закону. Судья потребовал доказательств. Обычно на предоставление веских аргументов дают 12 дней, но, поскольку Саид сидел уже почти три месяца, им дали три дня. В случае, если доказательства не будут достаточными, похититель должен быть сурово наказан. Через три дня никто не явился...

Поделиться:

Личный дневник автора
Убитые курорты
Иероглиф

Stringer: главное

Темная лошадка Мария Певчих не становится светлее


Олег Кашин,который живет в Лондоне, где работает его жена, подтвердил, что Мария Певчих в самом деле работает на ФБК, выполняя для фонда аналитическую работу — якобы именно потому ее имя и не было известно. Он заметил, что нет никаких оснований верить Ки

 

mediametrics.ru

Опрос

Следует ли Собянину во время эпидемии продолжать менять плитку и бордюры?

Новости в формате RSS

Новотека

Загружается, подождите...

Реклама


Новотека

Загружается, подождите...
Рейтинг@Mail.ru
 

© “STRINGER.Ru”. Любое использование материалов сайта допускается только с письменного согласия редакции сайта “STRINGER.Ru”. Контактный e-mail: elena.tokareva@gmail.com

Сайт разработан в компании ЭЛКОС (www.elcos-design.ru)